Ажиотаж с олимпийским факелом докатился до Ульяновска

Зачем эта шумиха России?

Об эстафете олимпийского огня перед Зимними играми в Сочи сейчас говорят в России все. Государственные телеканалы дают сообщения о ней первой новостью, а пользователи интернета обсуждают, с чем может быть связано такое государственное внимание к спортивному празднику.

Эксперты «МК» считают - олимпиада – это, бесспорно, событие мирового уровня. Поэтому любая страна старается держать марку. В том числе и по части эстафеты. Игры-2010 проходили в канадском Ванкувере. Длина эстафеты тогда составила 45 тысяч километров, а ее прохождение было обставлено с большой помпой: с факелом бежал даже известный американский киноактер Арнольд Шварцнеггер. Но с эстафетой перед сочинскими Играми канадская явно не сравнится.

Сейчас длина эстафеты составляет уже 65 тысяч километров. Но не в этом главное отличие. Народу уже рассказали, что огонь побывает на дне Байкала, на вершине Эльбруса и даже в космосе. Побывал он зачем то в московском метро, МВД и прочее. Помимо спортсменов и артистов в эстафете принимают участие пять федеральных министров и другие государственные деятели. Только по столице факел будут нести три дня. А церемония встречи символа Игр выглядела даже роскошнее, нежели последняя президентская инаугурация. По крайней мере, кортеж был намного больше, да и мотоциклистов было не несколько, а весь цвет московских байкеров.

Пафос, с которым обставлена эстафета, заставляет граждан внимательнее относиться к происходящему. Когда капсула с огнем из Афин только подлетала к России, во всемирной сети появились язвительные комментарии, что у нас среди политической элиты немало идолопоклонников, что отношение у них к олимпийскому огню не как к символу, а как к живому существу или некоему духу. Когда огонь неожиданно погас перед проносом на территорию Кремля, интернет взорвался различными трактовками случившегося.

В частности, известный протодиакон Андрей Кураев написал в своем блоге: «Он был зажжен с молитвой к Зевсу и Аполлону некоей «верховной жрицей». Путин, встречая факел на Красной площади, исповедал свою веру в чудотворные свойства языческого огонька: «Уверен, олимпийский факел принесёт радость и удачу миллионам жителей России». Но седой Кремль и его святыни не пустили этот огонь в себя. Он погас аккурат в момент его пронесения под Спасскими воротами (с восстановленной иконой Спаса Смоленского). Зажгли факел вновь от обычной ФСО-шной зажигалки… Огонь, зажженный в Кремле и обнесенный вокруг его святынь, можно передать всей России».

Конечно, в некое «язычество» наших руководителей и известных лиц мало кто верит. Но все понимают, что ажиотаж во многом вызван попыткой власти упрочить свои позиции на международной арене. Многие политологи говорят, что призывы различных правозащитников к политическим лидерам других государств бойкотировать Олимпиаду наш президент воспринимает не иначе, как личное оскорбление.

Вот и во время начала эстафеты организация «Хьюман Райтс Вотч» заявила о начале акции «Альтернативная карта эстафеты олимпийского огня». Если навести курсор на город, где побывает факел, то высветится та или иная проблема, связанная с правами человека. Собрали в один список и нерасследованные громкие убийства правозащитников, и проблемы по адаптации у людей с ограниченными возможностями. Короче, ни одной точки на маршруте не осталось, где бы не было проблем.

Конечно, акция правозащитников не получит широкого освещения в СМИ. Но не исключено, что на нее злорадно будут указывать многие блогеры, видя устроенный вокруг олимпийского огня переполох.

– Власть пытается найти новые национальные символы. У нас отменили советские праздники, но взамен ничего не дали, – говорит главный редактор издания «Русская народная линия» Анатолий Степанов. – При этом государство до сих пор не определилось с тем, что мы строим. Никто не знает, многоконфессиональная наша страна или православная, многонациональная или русская. Поэтому пытаются в качестве национального символа найти что-то совсем такое толерантное. Олимпиада стала удобным случаем для этого. Поэтому из этого события пытаются выжать максимально.